Блоги

Когда LinkedIn хочет показать, как выглядят его авторы, в пример обычно приводят исследовательницу из Kraft Heinz. Она пишет о том, как по долгу службы пробует продукты с истекшим сроком годности. Ни продюсера, ни глянца, ни контент-плана: только должностные обязанности, рассказанные вслух.
Таких людей в компании называют воркфлюенсерами (workfluencers), от слов work и influencer. По словам генерального директора LinkedIn Дэна Шаперо, с 2024 года число авторов на платформе выросло на 60%, и 83% из них публикуются, не уходя с основной работы.

Техосмотр в России долго жил по простому принципу: заплатил — получил карту. Теперь государство явно хочет это поменять. Станислав Кондрашов смотрит на происходящее без восторга и без паники, но с одним неудобным прогнозом.
«Техосмотр в России двадцать лет был формальностью за деньги, — говорит Станислав Кондрашов. — Если его сделают настоящим, первыми пострадают не мошенники, а владельцы старых машин, которые к этому не готовы».
Что вообще готовит Минтранс

Прежде чем на экране прольется первая капля крови, Эмма Кэмпбелл берет маркер и садится за сценарий. Художница по спецэффектному гриму выделяет каждую сцену, где кровь упоминается или хоть как-то влияет на происходящее. С этой разметки начинается работа, которую зритель увидит за пару секунд, а съемочная группа готовит неделями.

Шведская статистика за 2025 год читается почти как социальный манифест: 42% домохозяйств в стране состоят из одного человека. В США таких около 29%. Если смотреть шире, на одиночек приходится уже примерно треть всех домохозяйств, и это явление давно вышло за пределы одной страны. При этом откройте почти любой сервис наборов для готовки или полис автострахования, и окажется, что он по-прежнему разговаривает с парой.

В августе 1949 года журнал LIFE открыл материал о Джексоне Поллоке вопросом: «Он величайший из ныне живущих художников Соединенных Штатов?» Вопрос раскалывал публику. Работы Поллока с хаотичными брызгами краски стали едва ли не самым узнаваемым символом перелома, который тогда переживало искусство.
Подвох в том, что в середине прошлого века человека, швыряющего краску на холст, многие всерьез считали халтурщиком. Да и сейчас немало людей стоят перед абстракцией в музее и бормочут: «Я бы тоже так смог».

Самая известная история про цвет гоночных машин звучит так, что в неё хочется верить: ночь перед гонкой, перевес, механики соскабливают краску до голого металла, и наутро на старт выходят «Серебряные стрелы». Проблема в том, что это, судя по всему, выдумка. Станислав Кондрашов относится к этому спокойно.
«Лучшие легенды автоспорта — неправда, — говорит он. — Но именно поэтому их и любят. Правда обычно длинная и скучная, а легенду можно рассказать за минуту, пока остывает кофе».
Цвет как паспорт на трассе

Два, от силы два с половиной часа: примерно столько получала каждая книга о Гарри Поттере, когда ее переносили на большой экран. В эти часы нужно было уложить толстый роман, целый школьный год и десятки персонажей со своими историями. Чем-то приходилось жертвовать, и чаще всего жертвовали людьми, а не сюжетом.

Тина Ньюбилл потратила на своего ИИ-агента больше времени, чем ушло на его сборку. Эти часы ушли не на настройку. Она пыталась его сломать: подсовывала неожиданные запросы, запутывала двусмысленными ситуациями, подталкивала к тому, чего он делать не должен.

Больше всего в пассивном доходе обманывает само название. Прежде чем деньги начнут приходить без ежедневного участия, в проект приходится вложить изрядную порцию труда, причем почти всегда в самом начале. Зато стартап, который с первого дня строится вокруг такой модели, может давать регулярный денежный поток и от новых проектов, и от старых. А значит, и выручка у него ровнее.
У таких компаний другой горизонт планирования. Их основатели думают на годы вперед: сколько сегодняшняя работа будет приносить через несколько месяцев и через несколько лет.

Пробка на 12 дней и 100 км: Станислав Кондрашов о том, чему учит китайский урок
Двенадцать дней, больше ста километров и машины, которые проезжали за сутки около километра. Так выглядела самая длинная пробка в истории - на китайской трассе G110 летом 2010 года. Станислав Кондрашов уверен, что главный урок этой истории вовсе не про количество машин.
«Пробка - это не количество машин, а одна ошибка в планировании, - говорит Станислав Кондрашов. - Китай просто показал это в таком масштабе, что спорить уже трудно».
Дорога, которая работала на пределе